Учения великих учителей Индии > Рамануджа

Рамануджа

Родился: 1017 г. в Шриперумбудуре (Южная Индия).

Умер: 1137 г. в Шрирангаме (Южная Индия).

Основные труды: "Шрибхашья", то есть комментарий к Брахма-сутрам; "Гитабхашья", то есть комментарий к Бхагавадгите; "Веданта-сара", то есть "Сущность веданты"; "Ведартха-санграха", то есть "Собрание речений о смысле Вед".

Главные идеи:

  • Брахман — то же, что и Бог теизма.
  • Этот мир, коренящийся в Брахмане, столь же реален, как и Брахман.
  • И материя, и человеческие души существуют вечно.
  • Есть множество душ.
  • Души по своей сути схожи друг с другом.
  • Неведение — коренная причина нашей несвободы.
  • Освобождения от неведения можно достичь через богопочитание.

Рамануджа (Ramanuja) родился в деревне Шриперумбудур на юге Индии, в семье брахмана (представителя жреческого сословия). Образование получил у Ядавапракаши (Yadavaprakasa), знаменитого ачарьи (acarya), то есть наставника, школы веданта. Шестнадцатилетним юношей Рамануджа женился, но после смерти своего отца покинул дом, чтобы продолжать обучение у Ядавапракаши, жившего в то время в Канчи. О жизни Ядавапракаши известно немногое. Согласно некоторым сведениям, он был монистом. Рамануджа, напротив, оспаривал монистическую интерпретацию упанишад. Эти идейные расхождения, в конце концов привели к тому, что Рамануджа покинул Ядавапракашу, отдав предпочтение обществу таких поэтов-святых, как Ямуна (Yamuna), Махапурана (Mahapurana) и Гоштхипурна (Gosthipurna), оказавших на него сильное влияние. Эти поэты-святые Южной Индии назывались альварами (alvar). Это слово можно перевести так: "достигший интуитивного мистического постижения Бога". (Буквально тамильское слово alvar означает "ныряющий глубоко"). Альвары придерживались теистической интерпретации упанишад — интерпретации, сформировавшей философские взгляды Рамануджи.

Рамануджа был теистом. Он поклонялся богу Вишну (Visnu), в честь которого возвёл множество храмов и монастырей-матхов. Всеобъемлющий дух его веры привлёк к нему большое число последователей-учёных, донесших его теологические и философские идеи до грядущих поколений. Умер Рамануджа в 1137 г.

Рамануджа был основателем школы, известной в индийской философии под названием вишишта-адвайта веданта (visistadvaita-vedanta), то есть "веданта ограниченной недвойственности", или "веданта недвойственности различённого". Философия Рамануджи — это творческая и конструктивная попытка систематизировать учения упанишад, Бхагавадгиты и Брахма-сутр. Его главная заслуга состоит в смягчении крайностей монизма и теизма. Это исследование природы высшей реальности, Брахмана, указывающее путь к постижению этой реальности.

Учение Рамануджи исходит из основного вопроса упанишад: "Что такое то, познанием которого познаётся всё остальное?" Ответ гласит: "Брахман". Брахман познаваем; он постижим.

БРАХМАН

Исходным пунктом философии Рамануджи является положение о том, что всякое знание неизбежно предполагает разграничение и различение: невозможно познать объект в его недифференцированной форме. Познаваемое познаётся в той или иной характерной для него форме по определённым специфическим атрибутам. Поскольку познание всегда предполагает различение, то и чистое тождество, и чистое различие одинаково нереальны. Рамануджа отказывается разлучать многообразное с единым: для него единство содержит в себе многообразие. Рамануджа согласен с Шанкарой в том, что Брахман реален. Но, если для Шанкары Брахман как чистое сознание лишён каких-либо отличительных признаков и является чистым тождеством без всяких отличительных свойств (ниргуна, nirguna, то есть "бескачественный"), то для Рамануджи Брахман представляет собой различие-в-тождестве. Когда упанишады описывают Брахмана лишённым качеств, это означает только то, что у Брахмана нет негативных качеств, а вовсе не то, что у него нет вообще никаких качеств. Он обладает целым рядом положительных характеристик (сагуна, saguna, то есть "наделённый качествами"). Существование, сознание, блаженство, знание и истина — вот некоторые из его атрибутов. Эти атрибуты определяют его природу. Для Рамануджи Брахман не отличается от личного Бога теизма.

Брахман — это органическое единство, единство, характеризующееся многообразием. Рамануджа признаёт одинаково реальными Брахмана (Бога); душу; материю. Две последние, будучи в той же мере реальны, абсолютно зависят от первого. Пожалуй, самый оригинальный аспект философии Рамануджи — это отрицание положения, согласно которому "быть реальным" значит "быть независимым". Хотя душа и материя сами по себе являются субстанциями, в отношении к Богу они становятся его атрибутами. Они составляют тело Бога, а Бог — это их душа. Рамануджа объясняет это отношение через термин апритхак-сиддхи, то есть "нераздельность". Отношение нераздельности, существующее между субстанцией и её качествами, может установиться также и между двумя субстанциями. Как качества реальны и не могут существовать отдельно от субстанций, в которых они пребывают, так и материя и душа являются частями Брахмана и не могут существовать вне Брахмана. Человеческая душа, хоть она и отлична от тела, управляет и руководит им; подобным образом и Брахман, хотя он и отличен от материи и от души, управляет ими и поддерживает их существование. Иными словами, Брахман подобен человеку, тело которого формируют различные души и материальные объекты. Соответственно этому Брахман Рамануджи — не бескачественное единство; это единство-в-различии, органическое единство или, скорее, такое органическое единство, в котором одна часть преобладает над другими и управляет ими.

БРАХМАН И МИР

Рамануджа утверждает, что Брахман реален, и мир, коренящийся в Брахмане, столь же реален. Рассказ о творении, изложенный в упанишадах, Рамануджа понимает буквально: всемогущий Бог создаёт мир из самого себя. В индуистской мысли сложилось учение о мировых циклах: за творением в конце концов следует уничтожение, а затем — новое творение. В период уничтожения Бог остаётся в качестве причины; тело его складывается из тонкой материи и развоплощённых душ. Таково причинное состояние Брахмана. Вся вселенная пребывает тогда в скрытом и недифференцированном состоянии. Затем воля Бога заставляет эту недифференцированную тонкую материю преобразится в плотную, а развоплощённые души — воплотиться в соответствии с их кармой. Таково актуальное состояние Брахмана.

По мысли Рамануджи, творение действительно совершается, и мир столь же реален, как и сам Брахман. Соответственно этому Рамануджа считает, что такие речения упанишад, как "там нет никакого многообразия" (neha nanasti kincana) — Брихадараньяка-упанишада 4.4.19., — в действительности не отрицают многообразия объектов, их "имён и форм", а скорее утверждают, что объекты не могут существовать вне Брахмана. В самом деле, соглашается Рамануджа, в некоторых упанишадах о Брахмане говорится, что он прибегает к колдовской силе (майя, maya). Однако майя, по Раманудже, — это уникальная сила Бога, посредством которой он творит многообразный мир объектов. Рамануджа резко критикует теорию Шанкары о том, что мир иллюзорен, будучи созданным майей. Для него мир, сотворённый Брахманом, столь же чудесен, как и сам Брахман.

Если бы кто-нибудь спросил "Как же единое содержит в себе многое?", то Рамануджа сослался бы на грамматический принцип самана-адхикарана (samanadhikarana, то есть "общая основа"), или принцип координации. Согласно этому правилу, слова в предложении, имеющие различные значения, могут обозначать один и тот же предмет. Это правило хорошо объясняется тем, как Рамануджа толкует классический пример: фразу "Это Дэвадатта". (Имя Дэвадатта (Devadatta) в древнеиндийской грамматике и логике служит обозначением субъекта вообще, любого человека). Рамануджа считает, что Дэвадатта в прошлом и Дэвадатта в настоящем не могут быть полностью тождественны друг другу, поскольку человек, рассматриваемый в настоящий момент, и он же, рассматриваемый в прошлом, различны и обладают разными качествами, но тем не менее речь идёт об одном и том же человеке. Таким же образом единство и многообразие, единое и многое, могут сосуществовать; они не являются взаимоисключающими началами и могут быть согласованы друг с другом в целостном единстве. Соответственно этому Рамануджа не отрицает множественности; напротив, множественное характеризует единое. Это правило, с одной стороны, отрицает принцип абстрактного голого единства, а с другой стороны, открывает принцип дифференциации в самом центре тождества; оно доказывает реальность ограниченного "я".

ЛИЧНОСТЬ, НЕСВОБОДА И ИЗБАВЛЕНИЕ

Ограниченная человеческая личность, по убеждению Рамануджи, обладает и телом, и душой. Материальное тело, хотя оно и является частью Бога, ограничено. Однако душа вечна, реальна и уникальна. Находясь в круговороте сансары, то есть телесного существования, душа ошибочно отождествляется с телом вследствие кармы (прошлых деяний) и неведения. Индивидуальные души бесчисленны и одинаковы в своей сути.

Избавление от неведения, кармы и телесного существования возможно благодаря делам, познанию и почитанию Бога. "Дела" для Рамануджи означают различные обряды и ритуалы, предписанные Ведами для каждой касты и каждой жизненной ситуации. Эти обязанности следует исполнять без малейшей надежды на вознаграждение. Ключом здесь является бескорыстное исполнение обязанностей, уничтожающее накапливающиеся результаты действий. Изучение текстов мимансы, объясняющих, как нужно совершать обряды и церемонии, необходимо для того, чтобы гарантировать правильное исполнение обязанностей. В этой связи Рамануджа рассматривает изучение мимансы как необходимую предпосылку изучения веданты.

Изучение текстов мимансы и правильное исполнение своих обязанностей приводят человека к осознанию того, что обряды, жертвоприношения и ритуалы не приносят избавления от телесного существования, для чего необходимо знание веданты. Изучение веданты нужно для формирования интеллектуальных убеждений относительно природы Бога, внешнего мира и человеческой личности. Такое познание открывает искателю мудрости, что Бог — творец, опора и разрушитель мира, а душа является частью Бога, который и руководит ею. Дальнейшее обучение и размышление открывает искателю истины, что ни верное исполнение обязанностей, ни интеллектуальное познание подлинной природы Бога не ведут к избавлению от телесного существования. Это избавление может быть достигнуто лишь благодаря свободной милости Бога, исполненного любви. Короче говоря, Рамануджа, в отличие от Шанкары, утверждает, что к освобождению ведёт путь богопочитания.

Путь богопочитания для Рамануджи предполагает постоянную медитацию, молитву и поклонение Богу. Медитация, предметом которой служит Бог, объект любви, сопровождается ежедневным совершением обрядов и ритуалов, устраняет неведение и уничтожает прошлую карму. Душа освобождается; она больше не перерождается; она сияет первозданной чистотой.

При этом не следует упускать из виду, что, согласно Раманудже, освобождение не достигается одними лишь человеческими усилиями. Можно молиться Богу, медитировать, любить Бога всем сердцем и даже полностью предоставить себя его воле (это называется прапатти, prapatti: букв. "припадание"), но освобождение невозможно, пока Бог, удовлетворенный преданностью адепта, не дарует ему избавления. Иными словами, для достижения освобождения необходимо снискать милость Бога, который уничтожает неведение своего почитателя и освобождает его.

В отличие от Шанкары, Рамануджа утверждает, что душа не становится тождественной Богу; она лишь уподобляется Ему. Рамануджа отвергает понятие полного тождества между Брахманом (Богом) и ограниченными душами. Человеческая личность ограничена и не может быть во всех отношениях тождественна Богу. Бог не только пронизывает Собой всю Вселенную, но и управляет ею. Как часть неотделима от целого, а качество — от содержащей его субстанции, так и ограниченная человеческая душа неотделима от Бога. Соответственно этому Рамануджа толкует изречение упанишад "То ты еси" (Tat tvam asi) совсем не так, как Шанкара. Для Шанкары "то" и "ты" полностью тождественны. Напротив, Рамануджа считает, что в этом изречении "то" относится к Богу, всеведущему, всемогущему, преисполненному любви Творцу мира, а "ты" — к Богу, существующему в форме сознания личности, ограниченного человеческого сознания. В этом контексте тождество следует понимать как тождество между Богом, обладающим определенными признаками, и индивидуальной душой, обладающей иными признаками. Бог и ограниченные души состоят из одной и той же субстанции, хотя они имеют различные качества. Отсюда и название системы Рамануджи: вишишта-адвайта (visista-advaita), то есть "недвойственность различённого". Итак, если в недвойственной веданте Шанкары освобождение предполагает полное устранение человеческого "я", то у Рамануджи в его недвойственной веданте, признающей существование различий, освобождённое человеческое "я" живёт в вечном общении с Богом.

Хотя вишишта-адвайта Рамануджи, как адвайта Шанкары, утверждает, что выполнение обязанностей совершенно необходимо для постижения Бога, она идёт несколько дальше, заявляя, что это исполнение обязанностей должно сопровождаться молитвой и богопочитанием. Традиционно считалось, что для того, чтобы следовать по пути мокши, человек должен принадлежать к одной из трёх высших каст. Рамануджа считает, что каждый человек независимо от кастовой принадлежности и общественного положения может следовать по пути, предписанному его (то есть Рамануджи) учением, чтобы достичь единения с Богом. Относительно свободный дух учения Рамануджи сделал его притягательным для многочисленных последователей. Именно благодаря тому, что система Рамануджи подчёркивала доступность этого пути для любого человека, она сохраняла свою популярность в Индии на протяжении многих веков. Она признала достоинство низших каст, и в этом состоит одно из её главных достижений.

Бина Гупта
Rambler's Top100
© 2008-2017 Бхаратия.ру
Использование материалов сайта возможно при условии ссылки на него.